Этапы становления системы коммерческих банков в России

 

В становлении системы коммерческих банков мож­но выделить шесть этапов.

На первом этапе (он продолжался до конца 1993 г.) наблюдалась значительная концентрация ресурсов банковской системы в руках крупнейших кредитных учреждений, образованных на базе прежних государственных спецбанков, таких, как «Сбербанк», «Промстрой­банк», «Мосбизнесбанк» (бывший «Жилсоцбанк»), и ряда других.

Второй этап (1994 г.—середина 1995 г.) развития банковской системы характеризовался появлением значительного числа вновь образованных коммерческих банков. Концентрация банковского ка­питала в этот период достигла наименьшего значения.

Развитию кредитных учреждений способствовала высокая инфля­ция, что позволяло банкам получать значительные прибыли без ре­ального развития квалифицированного управления. Для банков этого периода было характерно инфляционное основание расширенного вос­производства капитала. Следует отметить, что банки на данном этапе развития практически не занимались долгосрочным кредитованием предприятий, так как проценты по кредитам фактически не компенси­ровали инфляции. Предприятия рассматривались в качестве источни­ков бесплатных финансовых ресурсов в виде остатков на счетах. Ис­пользованию остатков, в свою очередь, способствовала развитость рынка валютных инструментов, обладавших высокой ликвидностью. Это позволяло банкам оперативно работать с остатками средств. Та­ким образом, слабость главного действующего лица банковского сек­тора, узость собственной ресурсной базы с его перекошенностью в сторону валютного регулирования изначально предопределили общую неустойчивость банковской системы, ее сильную зависимость от коле­бания валютного курса, изменений во внешнеэкономическом процессе.

Льготные кредиты Центробанка, обилие транзитных бюджетных средств на счетах банков привели к росту межбанковских кредитов (МБК) на фоне отсутствия так называемой депозитной подуш­ки — средств мелких частных вкладчиков, которые и создают устой­чивость кредитного учреждения.  Крах МБК показал отсутствие у банков надежной ресурсной базы, выявил неспособность работать в относительно нормальных экономических условиях, слабую связь с клиентами, необходимость работы с мелким частным вкладчиком, включающей предоставление им широкого спектра услуг.

Кризис рынка межбанковских кредитов и паление темпов инфля­ции привели к банкротству большого числа мелких и средних бан­ков, перевели развитие системы на новую ступень через процессы разорения, концентрации и централизации банковского капитала. Наступил третий этап (с середины 1995 по 1997 г.), знаменовавший­ся чередой кризисных явлений.

На 1 января 1997 г. совокупные активы 100 крупнейших коммер­ческих банков России составляли 433 946,4 млрд руб. При этом на долю Сберегательного банка приходилось 38,87%, первых пяти бан­ков — 51,8%, первых 20 банков — 77,3% совокупных активов 100 крупнейших коммерческих банков. Для данного периода характерно снижение доли валютных обяза­тельств по сравнению с предыдущим этапом (с 20 до 10—12%), сни­жение доли кредитов с 60 до 55% и одновременный рост государст­венных обязательств с 3—5 до 20%. Это было связано с развитием рынка государственных ценных бумаг. Появление государственных долговых обязательств имело целью осуществить безинфляционный переход к финансированию дефицита бюджета. Государство стало выступать в качестве главного заемщика финансовых ресурсов у коммерческих банков.

Важно отметить следующее. Крупнейшими операторами на рынке государственных долговых обязательств выступали банки, которые одновременно являлись и главными агентами по обслуживанию бюд­жетных счетов. Нетрудно понять, что остатки бюджетных средств на счетах этих банков активно использовались для покупки государст­венных краткосрочных бескупонных облигаций и облигаций феде­рального займа с переменным купоном (ГКО — ОФЗ).

Рынок ГКО — ОФЗ обладал весьма высокой ликвидностью, не уступавшей ликвидности валютных счетов. Доходы по государствен­ным ценным бумагам находились на очень высоком уровне по срав­нению с другими финансовыми инструментами, что противоречило как теории, так и мировой практике, свидетельствующей о том, что вложение в финансовые инструменты с меньшей степенью риска по определению приносит и меньшую доходность. Объяснение данного феномена кроется в политике государственных властей, пытавшихся покрыть дефицит государственного бюджета за счет создания «пира­миды» долгов.

Снижение доходности ГКО, ужесточение денежной политики во второй половине 1997 г. повлекло ухудшение финансовых показате­лей деятельности банков. Балансовая прибыль по итогам 1997 г. в целом по коммерческим банкам сократилась в абсолютном выра­жении почти вдвое по сравнению с 1996 г., не достигнув даже уров­ня 1995 г.

В 1997 г. активизировались слияния банков, создание различных конгломератов, альянсов, банковских группировок, холдингов и т. п. Эти процессы характеризуют четвертый этап (с начала 1997 по ав­густ 1998 г.) в становлении банковской системы России, который связан также и с началом переориентации многих банков (прежде всего немосковских) на работу с реальным сектором экономики. В 1997 г. была переломлена тенденция к абсолютному и относитель­ному сокращению кредитной активности. За девять месяцев 1997 г. московские банки, без учета Сбербанка, получили за счет кредитова­ния от конечных заемщиков 37% своих доходов, региональные ком­мерческие банки — 48%.

Этот период связан и с процессом активного встраивания в бан­ковский сектор страховых компаний. Использовались различные формы — от соглашений о стратегическом партнерстве до перекрест­ного владения неконтрольными пакетами акций. Для данного этапа характерна активизация в деятельности региональных банков, свя­занная со структуризацией банковского бизнеса путем создания ре­гиональных банков развития, различных альянсов местных коммер­ческих банков с целью защиты экономических, политических и элек­торальных интересов местных властей. Наиболее активно указанные процессы проходили в Москве, Санкт-Петербурге и Башкортостане.

Август 1998 г. знаменует начало пятого этапа развития банков­ской системы, сопровождавшегося самым крупным банковским кри­зисом в современной России. Отказ Правительства отвечать по сво­им финансовым обязательствам по ГКО — ОФЗ наиболее разруши­тельно сказался на крупнейших системообразующих банках, основных держателях государственных цепных бумаг. По имеющим­ся оценкам, в ГКО — ОФЗ оказалось заморожено порядка 40—50 млрд руб. собственно банковских средств, что составляло 90% сум­марного уставного фонда российских банков и около четверти док­ризисного объема их совокупного уставного капитала.

Крах пирамиды ГКО — ОФЗ, строго говоря, не явился неожидан­ностью для коммерческих банков России. Вопрос стоял лишь о сро­ках начала крушения. Справедливости ради следует отметить, что в 1998 г. показатели рентабельности у ведущих коммерческих банков России резко упали. По итогам шести месяцев 1998 г. балансовые убытки имели восемь из первой тридцатки крупнейших коммерче­ских банков. Таким образом, можно говорить о том, что крах фи­нансовой пирамиды ГКО — ОФЗ лишь ускорил процесс банкротства ряда коммерческих банков, и прежде всего тех банков, финансовое положение которых уже к августу было достаточно критическим (в их числе «СБС-Агро», «Инкомбанк» и др.).

Отток ресурсной базы и, прежде всего, изъятие валютных вкладов сберегателями практически на месяц парализовали банковскую систе­му. Относительным оплотом надежности оказались малые и средние банки, не имевшие валютных вкладов и имевшие в активах небольшие доли ГКО — ОФЗ, неизбежность поглощения которых не вызывала со­мнений у руководства Центрального банка. Банковский кризис, быст­ро трансформировавшийся в валютный и далее в финансовый кризис, привел к глубокому социально-экономическому кризису общества. По мнению многих ведущих специалистов мира, можно было сгладить вхождение в кризис, избежав существенных социальных и финансовых потрясений в обществе и ограничив его структурным кризисом банков­ской сферы, не затрагивая основных сфер экономики.

Кризисный этап банковской системы продолжался, по существу до середины 1999 г., когда начались активные действия по реструк­туризации, санации проблемных банков.

Собственно, с середины 1999 г. банковская система России пере­шла к новому, шестому этапу, который характеризуется законода­тельным обеспечением реструктуризации банков и их внешней за­долженности, ликвидацией банков-банкротов. С середины 1999 г. обозначился постепенный рост капиталов иностранных банков, а с 2000 г. начали расти капиталы и российских банков. Так, если сум­марный зарегистрированный уставный капитал действующих кредит­ных организаций на начало 1999 г. составлял 52,5 млрд руб., то на начало 2000 г. он уже достиг 111,1 млрд руб.

Совокупный зарегистрированный уставный капитал всех действующих кредитных организаций на 1 июля 2012 года составил 1 трлн 286 млрд 953 млн руб., увеличившись за 2-й квартал 2012 года на 3 млрд 420 млн руб., или на 0,3%. В целом общая сумма инвестиций нерезидентов в уставные капиталы действующих кредитных организаций на 1 июля 2012 года составила 341 млрд 344,7 млн руб.

Среди небанковских кредитных организаций в России наиболь­шее распространение получили расчетные центры (палаты), главная функция которых заключается в проведении расчетов между участ­никами отдельных сегментов финансового рынка. Свою деятельность они осуществляют на основании выдаваемых после государственной регистрации лицензий ЦБ РФ. Небанковские кредитные организа­ции не имеют права на привлечение вкладов средств физических лиц; круг разрешенных банковских операций для них ограничен.

Кредитные организации в сфере потребительского кредита в Рос­сии не получили должного развития. Среди причин — слабая правовая защищенность ввиду отсутствия надлежащей законодательной базы. Зарегистрированные кредитные союзы действуют на основании Зако­на РФ от 19 июня 1992 г. № 3085-1 «О потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в Российской Федерации», который, строго говоря, регламентирует порядок функционирования кооперативных структур в иных сферах народного хозяйства.

Рынок ценных бумаг во всех странах является одним из наибо­лее регулируемых рынков, что обусловлено необходимостью обеспе­чения безопасности его участников, высокими финансовыми риска­ми, масштабностью операций. Такое регулирование осуществляется государственными органами и саморегулируемыми организациями профессиональных участников рынка ценных бумаг. В России орга­ном государственного регулирования выступает Федеральная комис­сия по ценным бумагам и фондовому рынку (ФКЦБ). Посредниче­ская деятельность, в том числе и финансовая, на рынке ценных бу­маг в России регламентируется Федеральным законом от 22 апреля 1996 г. №39-Ф3 «О рынке ценных бумаг».

В зависимости от вида деятельности посреднические функции выполняют различные институты. Наиболее распространенное их на­звание — «инвестиционные институты». В России в начале 90-х го­дов юридические лица, осуществлявшие свою деятельность с ценны­ми бумагами как исключительную, также назывались инвестицион­ными институтами, Они выполняли функции финансового брокера, инвестиционного консультанта, инвестиционной компании, инвести­ционного фонда. В качестве инвестиционных институтов могли так­же выступать и банки, а в качестве инвестиционного консультан­та — физические лица.

В Законе РФ «О рынке ценных бумаг» вместо понятия «инве­стиционный институт» используется более широкое понятие «про­фессиональный участник рынка ценных бумаг». К ним относятся: брокеры, дилеры, управляющие, клиринговые организации, депозита­рии, регистраторы, организаторы торговли на рынке ценных бумаг.

Традиционно организацией торговли на рынке ценных бумаг за­нимаются фондовые биржи. По российскому законодательству фон­довая биржа создается в форме некоммерческого партнерства и осу­ществляет свою деятельность на основе лицензии по операциям с ценными бумагами с фиксированным доходом (долговые обязатель­ства государства и предприятий), а также с долевыми цепными бу­магами (акции акционерных обществ). Ценные бумаги, обращающие­ся на фондовых биржах, зачастую называются фондовыми ценностя­ми. Биржа организует торговлю только между членами биржи, которыми могут быть исключительно профессиональные участники рынка ценных бумаг. Порядок вступления, выхода и исключения из членов биржи регламентируется ее внутренними документами.

Лицензирование осуществляется Федеральной службой по финансовым рынкам.

Функции ведущей российской фондовой биржи, спе­циализировавшейся на торговле государственными ценными бумага­ми, выполняла Московская межбанковская валютная биржа (ММВБ).

На площадке ММВБ проводились аукционы (первичное размещение) и вторичные торги по ГКО и ОФЗ. Обращение ГКО — ОФЗ осуще­ствлялось через межрегиональную систему торгов — организованный рынок ценных бумаг (ОРЦБ), который объединяет региональные тор­говые центры в ряде городов: Москве, Новосибирске, Санкт-Петер­бурге, Ростове-на-Дону, Екатеринбурге, Владивостоке, Нижнем Новго­роде и др.

Участниками ОРЦБ являются дилеры Банка России (коммерче­ские банки и финансовые компании). Лишь они могли осуществлять операции на рынке ГКО — ОФЗ. Следует отметить, что полномочия дилеров были различными. Первичные дилеры (42 коммерческих банка) были обязаны поддерживать ликвидность рынка ГКО — ОФЗ путем приобретения облигаций и поддержания котировок. Одновре­менно они имели право выставлять двусторонние котировки и пода­вать неограниченное число конкурентных заявок на аукционах.

Вторичные дилеры таких обязательств не имели, но и не могли осуществлять торговлю государственными облигациями по собствен­ным ценам. Первичные дилеры в конечном счете оказались заложни­ками своих обязательств по поддержанию ликвидности рынка ГКО — ОФЗ, когда крах пирамиды ГКО — ОФЗ стал неизбежным.

Следует отметить, что еще за три месяца до принятия Правительст­вом России рокового решения о дефолте активно прорабатывались различные варианты переоформления ГКО в более длинные долго­вые обязательства (ценные бумаги) правительства, с целью смягче­ния неизбежных финансовых потрясений для России. И варианты были.

В частности, переговоры с крупнейшими операторами ГКО, контролирующими около 80% его объема, показали готовность по­следних вывести из ГКО в менее доходные, но более надежные бу­маги приблизительно 10 млрд  долл. Рассматривались и другие ва­рианты выхода из сложившегося кризиса.

Однако правительством был принят самый непредсказуемый и самый разрушительный не только для финансовой системы, но и экономики России в целом вариант, заключавшийся в установлении дефолта не только по ГКО — ОФЗ, но и по валютным обязательствам частных фирм и банкой, а также в принудительной реструктуризации ГКО.

Биржевые сделки с ценными бумагами подразделяются на кассовые (расчет по ним осуществляется немед­ленно или в ближайшие дни) и срочные (исполнение сделок осуще­ствляется в срок, устанавливаемый в будущем). Срочные сделки яв­ляются наиболее рисковыми. Это обстоятельство предопределяет особые требования к организаторам торговли (биржам), которым предоставляется лицензия на этот вид деятельности, прежде всего в части страхования рисков, а точнее — управления рисками.

До июня 1998 г. организатором торговли на срочном рынке явля­лась Российская биржа (РБ), на которой еще в мае было заключено сделок более чем на 4,3 млрд долл. 1 нюня 1998 г. РБ остановила торги по всем контрактам в связи с тем, что ряд проигравших тор­говцев, подконтрольных руководству биржи, не смогли выполнить своих обязательств, так как торговали без реальных залогов, а лими­ты на торговлю им открывались на основании устного распоряжения президента Биржи. Средств же общегарантийного и страхового фон­дов РБ не хватило для обеспечения обязательств. Новым организа­тором торговли на срочном рынке стала Московская фондовая бир­жа (МФБ), которая выделила собственные средства для частичного погашения долгов РБ.

Следует отметить, что подобные ситуации с крахом бирж проис­ходили в России и ранее. Причины случившегося связаны с тем, что существующая законодательная база срочного рынка не обеспечивает возможности контроля за торговым процессом на бирже. Системы расчетов по сделкам с ценными бумагами, порядок страхования рис­ков позволяют менеджерам бирж пользоваться своим положением в корыстных целях. Использование же инсайдерской информации ме­неджерами бирж фактически остается ненаказуемым.

Наряду с биржевым рынком существует внебиржевой рынок цен­ных бумаг, на котором обращаются ценные бумаги, не имеющие лис­тинга на фондовых биржах (его часто называют вторым рынком); либо торговля ценными бумагами, имеющими листинг на биржах, осуществляется не членами бирж (третий рынок); либо сделки с ценными бумагами совершают через компьютерные сети, минуя по­средников (четвертый рынок).

Требования к организационно-правовой форме организаторов вне­биржевой торговли в России не установлены. Существуют требования к числу участников торговли (не менее 20 участников) в системе ор­ганизатора внебиржевой торговли и к собственному капиталу.

Организатор внебиржевой торговли самостоятельно устанавлива­ет правила торговли, порядок проведения торговых сессий, заключе­ние и исполнение сделок и т. п.

Для осуществления процедур купли-продажи ценных бумаг во внебиржевой торговле используются Торговые системы, представляю­щие собой совокупность вычислительных, телекоммуникационных, программных средств, баз данных, обеспечивающих возможность ра­боты с информацией для заключения и исполнения договоров.

В России наиболее развитой торговой системой является Россий­ская торговая система (РТС), начавшая свою деятельность в январе 1995 г. как Московская торговая система, которая обслуживала 16 компаний — учредителей Профессиональной ассоциации участников фондового рынка; в дальнейшем она была преобразована в На­циональную ассоциацию участников фондового рынка (НЛУФОР).

Все участники РТС подписывают типовое соглашение, преду­сматривающее стандартные условия расчетов между контрагентами. При заключении сделок последние обмениваются только приложе­ниями к данному соглашению, содержащему только существенные условия сделки. После заключения сделки в течение 10 минут контрагенты обязаны ввести в систему отчет, который является ос­нованием для расчетно-клиринговой организации по перерегистра­ции цепных бумаг и осуществления денежных расчетов. Отчет также является основанием для рассмотрения претензий сторон в Третей­ском суде НАУФОР в случае срыва сделки его участниками.

С 1995 г. количество компаний, которые обслуживает РТС, зна­чительно выросло (к 1999 г. было более 400 компаний; рабочие кли­ентские места были расположены более чем в 30 городах России; кроме того, большое количество терминалов находилось за рубе­жом). Росли и объемы торгов в РТС до октября 1997 г. (если в ян­варе 1996 г. месячный объем торгов составлял 76,6 млн долл., то в июне 1997 г.—933,8 млн долл.). Однако обстановка на фондовом рынке России с октября 1997 г. резко изменилась.

Индекс РТС к июлю 1998 г. по сравнению с октябрем 1997 г. упал на 73,4%, т. е. почти вчетверо, а котировки большинства ценных бумаг снизились до уровня двухлетней давности. Ряд ценных бумаг продать в систе­ме РТС стало практически невозможно. Приток портфельных инве­стиций в экономику России, по существу, прекратился. Одна из причин заключалась в том, что за предыдущие два года в Россию через фондовый рынок было вложено, по разным оценкам, от 20 до 40 млрд долл., что во много раз превышало все то, что Россия одол­жила на внешних рынках как суверенный заемщик.

На российском рынке акций преобладали иностранные инвесто­ры. Торговля российскими акциями оказалась сосредоточенной в ру­ках иностранных инвесторов. Основные операторы рынка находи­лись за рубежом.

По оценкам специалистов, ежемесячный оборот на РТС, составлявший в июле 1998 г. свыше 500 млн долл., в общем обороте российских ценных бумаг не превышал 10%. Остальные 90% оборота приходились на внебиржевой телефонный рынок США и Европы (over-the-counter market, ОТС), что привело к ... читать далее ...

 

Искать на сайте

Забавное фото

1257368659_photopodborka_015.jpeg

Интересное

Яндекс.Метрика